Лидер Российского рынка медиаизмерений
РУС ENG

Краткая история медиаизмерений: почему цифровые метрики стали такими

Краткая история медиаизмеренийПредставитель американской компании по медиаизмерения MetricCommunications.com Брент Мерритт опубликовал на Medium колонку о том, почему цифровые медиа выбирают метрики, связанные с охватом и объемом.

Вещательная традиция

Систематические попытки измерить медиапотребление и аудиторию начались в тридцатые годы, во время развития в США радио. С началом Великой Депрессии радиовещатели обратились за помощью к рекламодателями. Это привело к необходимости подтверждать размер и состав аудиторий, чтобы затем преобразовать их в справедливые цены.

Широкий инструментарий (дневники, телефонные опросы, интервью) не так важен, как отраслевое решение, что измерять. В результате стали измерять покрытие — кто слушает, как долго и как часто. Эти принципы стали основой измерений в аудиторных рейтингах, их истоки можно проследить еще до конца двадцатых.

В 1950 году компания, организованная Нильсеном (то, что превратилось в современные Nielsen Media Research), монополизировала телевизионные измерения в США. Основой стали все те же принципы покрытия. Вещательные измерения стали прецедентом, в соответствии с которым повели себя измерители, когда дело дошло до онлайновых измерений.

Истоки онлайновых измерений

Изначально аудиторные измерения в онлайновой рекламе проводились по одной из самых старых метрик — размеру аудитории. Газеты измерялись тиражом, радиостанции — числом слушателей, а телеканалы — количеством зрителей. Естественно, что новостные онлайновые медиа попытались отразить привычные измерительные практики с помощью количества пользователей.

Сама метрика со временем совершенствовалась. Сначала это был учет событий (сначала просмотры страниц, позднее клики). Теперь все чаще речь заходит об учете отдельных, уникальных пользователей, хотя единого определения по-прежнему нет в силу некоторых технических и методологических причин. Кто-то измеряет аудиторию счетчиками, кто-то опрашивает панель пользователей или применяет гибридные методы.

Аудитория не могла долго быть валютой, так как пользователи не равны друг другу. В результате второй валютой стала метрика CPC, позволяющая оценить генерируемый доход (в частности, для поискового канала), третьей — CPM, применяемая в медийной рекламе и отражающая премиальность инвентаря.

Метрики вовлечения

Автор останавливается на текущей традиции использования сразу нескольких метрик вовлечения, основанных не на просмотрах, а на пользовательском внимании.

Пока до конца неясно, какая из этих метрик станет лидирующей, однако охватные метрики игнорируют возможности, которые выгодно отличают онлайновые издания от тех же радиостанций.

Мерритт об этом не упоминает, но и понимание CPM тоже сильно меняется вместе с учетом того, какое объявление и в течение какого времени смотрели. В целом же существуют два направления выработки новых метрик.

Одно имеет дело с механикой социальных сред, которые служат основными дистрибьюторами.

Другое — с продажей непосредственно внимания на главном канале. Так, The Financial Times продает часть инвентаря, измеряя продажи часами пользовательского внимания, а не пространственно-инвентарным объемом.

Особняком стоят метрики нативной рекламы, для которых CPM, CPC и даже метрики вовлечения зачастую индивидуальны.